Исследование

Аналитическое исследование "Судебная реформа в Кыргызстане. Рекомендации для лиц, принимающих решения"

Введение

Необходимость судебной реформы уже много лет обсуждается в Кыргызстане. Предпринимаются и определенные практические шаги в этом направлении. Однако, по устоявшемуся мнению населения, результаты этого неудовлетворительные. Доверие к судам, согласно многочисленным социологическим опросам, крайне низкое.

При этом, понимание того что является реформой, а что нет, пока в Кыргызстане полностью не сформировалось. Особенно важно, чтобы такое понимание было у лиц принимающих решения, поскольку от их политической воли и понимания, что нужно делать, зависит успех реформ.

Целью реформы, по мнению авторов настоящего аналитического документа, является повышение доверия населения к работе судов. Если люди верят в справедливость и компетентность судей, значит судебная система работает в правильном направлении. Если нет, значит необходимо ее улучшать.

Для того, чтобы повысить доверие населения к судам, следует хорошо понимать что является главными проблемами системы.

Данная аналитическая записка содержит описание ключевых проблем судебной системы Кыргызстана и рекомендации по их решению, осуществление которых может привести кпозитивным результатам в продвижении судебной реформы. Авторами выделенытри основные проблемы судебной системы:

- механизм обеспечения принципа независимости судей,

- усиление антикоррупционной политики государства в судебной системе,

- проблемы профессионализма и компетентности судей.

В качестве рекомендаций предлагается:

- создание действенного механизма противодействия вмешательству в осуществление правосудия. Особое внимание уделено децентрализации полномочий председателей судов и укреплению потенциала собрания судей как низового звена судейского самоуправления.

- создание механизма проверки ежегодных деклараций судей о доходах, расходах, обязательствах и имуществе на предмет сокрытия, искажения данных и незаконного обогащения.

- обеспечение компетентности и профессионализма судей не только посредством обучения и повышения квалификации, но и системой профессиональной оценки деятельности судьи. Особое значение, при этом, имеют процедуры и критерии отбора судей, основными из которых должны быть критерии соответствия требованиям безупречности и нравственно-ценностные качества кандидатов в судьи.

Описание ситуации

Заявленная судебная реформа, обусловленная конституционной реформой 2010 года, приняла в Кыргызской Республике затяжной и многоэтапный характер. В зависимости от результатов, процесс реформирования судебной системы можноусловно разделить на три основных этапа.

Первый этап (2010-2014 годы) был ознаменован принятием новой Конституции и приведением в соответствие с ней законодательства о судебной системе. Конституция 2010 года имела для судебной реформы важнейшее исходное и направляющее значение, заложив более высокие стандарты отправления правосудия и более твердые гарантии независимости судебной ветви власти. Так, были приняты новые редакции законов «О статусе судей», «О Верховном суде и местных судах», новые законы «О Конституционной палате», «О судейском самоуправлении», «О Совете по отбору судей» «Об утверждении структуры местных судов и штатной численности судей местных судов».В результате реализации законодательных новелл, были сделаны важные шаги: сформирован новый независимый орган отбора судей;впервые для замещения вакансий судей проводился открытый и публичный конкурс; беспрецедентным для республики стало участие представителей гражданского общества в процедурах отбора; стали функционировать собрания судей как низовые органы судейского самоуправления, наделенные правом избрания председателей судов и их заместителей; была сформирована Конституционная палата Верховного суда; началась работа по совершенствованию процессуального законодательства.В 2012 году в августе был принят Указ Президента «О мерах по совершенствованию правосудия в Кыргызской Республике», основанного на рекомендациях Комиссии по выработке согласованных предложений по дальнейшему реформированию судебной системы, в работе которого принимали участие представители гражданского общества, государственных органов, международных организаций и независимые эксперты.

Второй этап судебной реформы (2014-2017 годы). Начало было положено принятием Государственной целевой программы «Развитие судебной системы Кыргызской Республики на 2014-2017 годы» (далее – ГЦП) от 26 июля 2014 года.

ГЦП стала в истории судебной системы Кыргызстанапервым программным документом (государственно-правовой стратегией) определившей цели, задачи, основные направления и механизм реализации государственной политики в сфере судебной реформы. В ней были заложены четыре стратегические цели:

  • Достижение реальной независимости судебной ветви власти;
  • Достижение прозрачности и подотчетности судебной системы;
  • Достижение эффективности и доступности судов;
  • Достижение доверия к судам со стороны общества.

За четыре года реализации ГЦП не удалось достичь ни одной из четырех поставленных целей. Вместе с тем, в ходе реализации ГЦП для достижения стратегических целей созданы следующие позитивныепредпосылки:

1. Приняты концептуально обновленные кодифицированные и другие законодательные акты,такие как Уголовно-процессуальный кодекс, Гражданский процессуальный кодекс, Уголовный кодекс, Административно-процессуальный кодекс и др. (В декабре2014 года в Жогорку Кенеш поступили 8 законопроектов, разработанных рабочими группамипри Совете по судебной реформе). Ощутимые результаты судебной реформы ожидаются после полного введения в действия всех принятых законов.

2. Начался процесс формирования Службы судебных приставов.

3. В процессе создания и пополнения база данных нормативных правовых и судебных актов, разъяснений Пленума Верховного суда www.sot.kg.

4. Учебный центр судей преобразован в Высшую школу правосудия при Верховном суде КР. По специальным программам повышения квалификации судей и работников аппарата судов в период с 2014 по 2017 годы проведены около 200 обучающих мероприятия.

5. Претенденты в судьи проходят обязательное предконкурсное обучение. В 2017 году 40 слушателей прошли 4-х месячный курс обучения.

6. С 2015 года осуществляется программное бюджетирование судебной системы. За период реализации программы наблюдалось ежегодное увеличение бюджета судебной системы:

за 2014 год- 724 млн.354 тыс.300 сомов (исполненный бюджет)

за 2015 год- 807 млн.756 тыс.600 сомов (исполненный бюджет)

за 2016 год – 943 млн.381 тыс. 800 сомов (исполненный бюджет)

за 2017 год – 1 млрд.116 млн. 352 тыс. 100 сомов (утвержденный бюджет). (По сравнению с 2014 годом увеличение на 391 млн.997 тыс. 800 сомов (54,1%).

7. Осуществляется поэтапная работа по модернизации и строительству зданий судов, развитию информационных технологий в судебной системе. (За 2014-2016 годы осуществлен ремонт 32 зданий судов, за 2015-2016 годы к интернету подключены 60 судов. Система аудио и видеофиксации судебных заседаний установлена в Верховном суде и Бишкекском городском суде).

Помимо мер, направленных на реализацию ГЦП, важным достижением второго этапа судебной реформы стало обновление судейского корпуса. (Штатная численность судей в Кыргызской Республике составляет 447 человек. К концу 2017 года из 397 вновь назначенных судей 263 человек никогда не работали судьями).

В соответствии с конституционными изменениями 2016 года, Дисциплинарная комиссия при Совете судей прибрела статус независимого органа.

19февраля 2016 года состоялся VIсъезд судей, на котором был принят новый Кодекс этики судей КР.

Таким образом, в период с 2010 по 2017 годы были приняты ряд существенных мер по кадровому обновлению судейского корпуса, институциональному укреплению судебной ветви власти, совершенствованию гарантий независимости судей, финансового и материального-технического обеспечения судей и судов, обновления законодательства, попытки деполитизации процедур отбора и привлечения судей к дисциплинарной ответственности.

Между тем, реальная ситуация в судебной системе остается достаточно сложной. Население страныотносится к судам с недоверием и без должного уважения, полагая, что суд неэффективен, необъективен и коррумпирован, следовательно не достигнут главный результат судебной реформы – утверждение в стране независимой и справедливой судебной власти.

На текущий момент можно наблюдать переход к условно новому, третьему этапу осуществления судебной реформы, обусловленному программными заявлениями Президента Кыргызской Республики С. Жээнбекова.

Президент обозначил 8 основных проблем нынешнего этапа судебной реформы:

1. Слабость организационных мер, связанных свведением в действие новых кодексов и законов с 1 января 2019 года. В частности, отсутствие необходимой разъяснительной и обучающей работы среди сотрудников правоохранительных органов, судей и адвокатов, слабая организация работы для создания единого реестра преступлений, института пробации и ведомственных инструкций.

2. Обеспечение открытости и прозрачности судов, в частности цифровизация правосудия, аудио-видео фиксация судебных процессов, электронное протоколирование судебных заседаний.

3. Обеспечение подзаконного нормотворчества вместо введения в новые законы изменений, нарушающих их первоначальную концепцию.

4. Проблема качественного кадрового обеспечения судебной системы. Необходимость совершенствования критериев при отборесудей на предмет соответствия кандидатов высоким репутационным, моральным и профессиональным требованиям.Постоянное обучение судьи как длительный процесс, обеспечивающий его профессиональный и личностный рост.

4. Финансово-бюджетное обеспечение судебной реформы и эффективное использование средств.

5.Пересмотр и приведение в соответствие с новым законодательством программ обучения судей, прокуроров, сотрудников внутренних дел, адвокатов.

6. Реорганизация межрайонных судов.

7. Отмены института истечения срока давности привлечения к уголовной ответственности.

8. Отсутствие координациив реализации судебно-правовой реформы.

Тем самым, судебная реформа, так как ее понимает политическая власть в Кыргызской Республике, вступила в новую затяжную фазу реформирования, поскольку основные ожидания ее вершителей связаны по большей части с введением в действие новых законов, которые должны обеспечить высокое качество отправления правосудия и соблюдение принципов судопроизводства. В связи с этим, необходимо отметить, что начальный этап применения столь большого массива нововведений, особенно в процессуальной сфере, будет сопровождаться недопониманием, отсутствием единой судебной практики, большим количеством ошибок.Эффективность или ущербность нововведений может стать очевидной только в результате длительного периода правоприменения. Следовательно само по себе введение в действие новых законов не решит в одночасье проблемы судебной системы, тем более что главными из них продолжают оставаться зависимость судей как внутри так и вне судебной системы, коррупция и низкое качество правосудия. При этом необходимо напомнить, что многочисленные законодательные и организационные преобразования последних 7 лет не обеспечили воплощение в жизнь основополагающих конституционных принципов, касающихся независимости судебной власти и судей. Напротив, повседневное функционирование судебной системы являет собой один из наиболее явных примеров расхождения между формальными положениями законодательства и реальной практикой. Отправление правосудия, качество судебных актов, процедуры отбора, назначения и снятия с должности судей, показатели работы судов и судей прямо противоположны принципам независимости судебной системы, постулируемым в Конституции и законах.

Возможность сохранения стабильного существующего политического порядка при помощи послушного правосудия является иллюзорной. Явный дефицит законности и справедливости в деятельности судов закономерно ведут к росту общественного недовольства и социальной напряженности, и возможно к последующему социальному взрыву. Следовательно, необходимы быстрые меры и видимые результаты, способные запустить процесс эволюции судебной системы в сторону повышения ее независимости и роста доверия к ней со стороны населения.

Одним из существенных препятствий судебной реформы является полное игнорирование принципов самостоятельности и независимости судебной власти со стороны высших органов политической власти. Прежде чем предъявлять претензии к качеству правосудия, лицам, занимающим высшие политические должности необходимо неукоснительно соблюдать конституционные обязательства невмешательства в осуществление правосудия. Сегодня судьи зачастую являютсяинструментом давления на политически неугодных для власти лиц и продавливания личных или групповых интересов. Таким образом, без создания реальных, фактических условий для независимого осуществления правосудия, без очищения судебной системы от порочащих ее лиц, без качественного отбора судей, любые, даже самые прогрессивные законодательные изменения не спасут судебную систему от дальнейшей деградации и снижения уровня доверия к ней со стороны населения.

Ключевые проблемы

Раздел 1. Независимость судей.

На всех этапах проводимой в стране судебной реформы задача обеспечения реальной независимости судей была и остается одной из наименее реализованных на практике. Это происходит несмотря на то, что основные принципы и гарантии независимости судебной власти установлены и в Конституции и в соответствующих законах. Законодательство Кыргызской Республики в сфере обеспечения независимости судей содержит все необходимые нормы, обеспечивающие судьям возможность осуществлять своифункции самостоятельно на основе законов и внутреннего убеждения, независимо от любого внешнего воздействия, давления, угроз,любого другого прямого или косвенного вмешательства.

Между тем, в общественном мнении сложилось устойчивое представление о том, что судьи не в состоянии противостоять оказываемому на них давлению и выносить судебные решения независимо от воли высокопоставленных должностных лиц, заинтересованных в исходе судебного дела. Особенно наглядно такие тенденции проявляются в судебных процессах, имеющих политическую подоплеку. Благодаря широкому освещению в социальных сетях и в СМИ хода многих «громких» судебных процессов, общественность в большинстве своем убеждена в отсутствии реальной независимости судей.

Проблема усугубляется тем, что факты вмешательства и давления носят латентный характер, что делает невозможным привлечение виновных лиц к ответственности. Более того, выявляемые случаи контактов судей с должностными лицами прокуратуры, спецслужб, представляющих сторону обвинения и имеющих заинтересованность в судебном деле игнорируются правоохранительными органами и не получают должной юридической оценки,и следовательно не влекут предусмотренных уголовным законом правовых последствий.

Формы влияния на судей могут быть самыми различными: угрозы, советы, просьбы,обещание каких-либо благ.Воздействие на деятельность судьи может быть непосредственным, устным, письменным, переданным как лично, так и косвенно, через других лиц, в том числе через родственников, знакомых, сослуживцев, участников процесса, адвокатов, работников суда и прокуратуры. Влияние должностных лиц зачастую носит завуалированный характер, когда лицo просит разрешить дело по закону, нопри этом подразумевается, какое, с его точки зрения, решение должно соответствовать закону.

В связи с вышесказанным, необходимо предпринять меры, исключающие возможность вмешательства в осуществление правосудия со стороныдолжностных или иных лиц. Для этого важно:

1. Своевременно реагировать на каждый выявленный факт вмешательства в деятельность судей. Отсутствие какой-либо следственной и судебной практики по применению статьи 317 УК свидетельствует о невостребованности уголовной ответственности как инструмента, гарантирующего независимость судебной власти. Во многом это объясняется тем, что открытое вмешательство в осуществление правосудия, как правило, осуществляется именно по делам в разрешении которых наибольшим образом заинтересована сама власть. Следует отметить, что в новом изложении данного состава преступленияв статье 332 Уголовного КодексаКыргызской Республики от 2017 года (вводится в действие 1 января 2019 года), вмешательство в осуществление правосудияс использованием служебного положения будет квалифицироваться в соответствии с специальными правилами изложенными в статье 24 УК, которые еще еще более усиливают уголовную ответственность должностных лиц.

2. Регулировать порядок проведения митингов у здания судов.

Относительно новыми, но уже привычными для Кыргызстана формами психологического давления на судей стали митинги и пикеты у здания судов. Такие формы протеста являются следствием растущего недоверия к судам со стороны граждан. Вместе с тем, парадоксальность ситуации заключается в том, что с одной стороны, все требования общества направлены на установление объективного, беспристрастного правосудия, а с другой, митингующие требует от суда заведомо нужного им решения. Более того, подобные акции, сопровождаемые выкрикиваниями, угрозами в адрес конкретного судьи негативно влияют на работу других судей и суда в целом. Подобные факты необходимо рассматривать как незаконное влияние на судей и следовательно как нарушение принципа независимости суда. В связи с этим, целесообразно изучить и рассмотреть вопрос о некоторых ограничениях в проведении мирных собраний у здания судов,в частности, ввести норму о запрете митингов и демонстраций на расстоянии ближе 50 м от судов.

3. Предусмотреть дополнительные гарантии для судей, обращающихся в Совет судей с заявлениями о фактах вмешательства. Для укрепления независимости судей и исключения влияния внешних факторов на осуществления правосудия, 28 июля 2017 года были приняты изменения в конституционный Закон "О статусе судей Кыргызской Республики", в соответствии с которымисудьи обязаны уведомлять Совет судей о любом виде вмешательства в деятельностьсудьи при отправлении правосудия или осуществлении других полномочий, предусмотренных законом, а также любого другого вмешательства. Неуведомление о таких фактах, согласно закону признается дисциплинарным проступкоми влечет привлечение судьи к дисциплинарной ответственности (пункт 4 части 2 статьи 28).

Данное нововведение является своевременным, заслуживающим одобрения и поддержки. Однако за прошедший годичный период действия нормы, в Совет судей не было ни одного обращения со стороны судей, что отнюдь не означает отсутствие фактов вмешательства в осуществление правосудия. Поэтому есть большие сомнения, что законодательная мера будет действенной и в дальнейшем. Между тем, практика обращения судей в орган судейского самоуправления хорошо зарекомендовала себя в Украине. По состоянию на сентябрь 2017 г. в Высший совет правосудия Украины поступило 230 материалов от судей о фактах вмешательства и попытках влияния на принятие судебных решений. По 25 делам вынесены решения принятии мер обеспечения независимости судей ( всего рассмотрено 51 заявлений судей).

Для достижения эффекта от подобных мер, необходимо разработать механизм их реализации, прежде всего предусмотреть для судей гарантии защиты от незаконного преследования в случае обращения в Совет судей. В наших условиях судьябудет серьезно опасаться последствий своей жалобы. Поэтому важно предоставить судье право на публичную огласку фактов неправомерного воздействия со стороны должностных лиц (или любых иных лиц), не дожидаясь результатов рассмотрения его заявления в Совете судей. Публичное разглашение фактов вмешательства и давления на судью может стать хорошей превентивной мерой, фактором, удерживающим должностных лиц от вмешательства в осуществление правосудия.

4. Совет судей должен оперативно и действенно реагировать на сообщения судей о фактах или попытках вмешательства. Целесообразно законодательно наделить Совет судей правом внесения представления в соответствующие органы или должностным лицам о привлечении к установленной законом ответственности лиц, допустивших действия или бездействие, нарушающие гарантии независимости судей или подрывающие авторитет правосудия. Такие представления должны исполняться в обязательном порядке и в короткие сроки под угрозой привлечения соответствующих лиц к юридической ответственности. К примеру, в Кодексе об административных правонарушениях Украины предусмотрена административная ответственность за невыполнение законных требований Высшего совета правосудия (аналог нашего Совета судей) и его члена, и уголовная ответственность за препятствование деятельности Высшего совета правосудия.

Необходимо изживать условия, благоприятствующие вмешательству в осуществление правосудия, минимизировать все возможные риски давления на судей как внутри так и вне судебной системы.

Наиболее распространенными являются проявления зависимости от лиц, наделенными теми или иными полномочиями по отношению к самим судьям, прежде всего в кадровых вопросах и привлечения к дисциплинарной ответственности. Судьи особенно уязвимы в отношениях с Президентом и его аппаратом, депутатами Жогорку Кенеша, председателями судов, прокурорами. Анализ дисциплинарной практики судей свидетельствует о том, что любые отступления от указаний «сверху» могут повлечь серьезные последствия для судьи, вплоть до освобождения от должности. Наглядным примером такой порочной практики является кейс судьи Гульчехры Оморовой, освобожденной от должности по основаниям нарушениятребований безупречности. Согласно публичному заявлению ее матери, Г. Оморова была подвергнута преследованию за ослушание указаний сотрудников прокуратуры и вынесение противоположного их указаниям решения.

Заметным отсутствием процессуальной самостоятельности судьи является ничтожное количество оправдательных приговоров.Так, в 2016 году были оправданы 96 лиц, что составило 0,4 % от общего числа подсудимых, в 2015 году 123 лица (0,6 %), в 2014 году 114 лиц (0,6 %) и в 2013 году 111 лиц (0,5 %). И это не только проблема сохранения «обвинительного уклона» в уголовном правосудии, как советской наследственности, а латентные формы давления на суд. Судьи опасаются выносить оправдательные приговоры, так как высоки риски их отмены, а это в свою очередь может привести к неблагоприятным последствиям в карьере. Кроме этого, оправдательный приговор как судебная констатациянесостоятельности обвинения однозначно ведет к испорченным отношениям с прокурорам, вплоть до возможности инициирования прокурором уголовного преследования за неправосудное решение либо возбуждение дисциплинарного производства. В результате судьи более обеспокоены сохранением лояльных отношений с прокурорами и судьями вышестоящих инстанций, нежели вопросами независимости и беспристрастности.

Совершенствование институтов судейского самоуправление и ограничение влияния председателей судов на судей. Институционально судьи в Кыргызстане независимы и надежно защищены от любого внешнего влияния, однако в реальности судьи постоянно испытывают давление как извне так и внутри судебной системы, где основными акторами давления на судей являются председатели судов. И это происходит несмотря на то, что председатели судов избираются собраниями судей, на трехлетний срок без права повторного переизбрания. Формально председатель суда – не самый главный, а первый среди равных, то есть исходя из принципа равенства статуса судей, председатель - один из судей, на которого возложеныорганизационные и представительские полномочия. В соответствии с законом «О Верховном суде и местных судах» полномочия председателей судов относятся к деятельности аппарата суда, а не судей, но на самом деле роль председателя сильно расходится с той, которая определена законом. Фактически в судебнойсистеме сохраняется жесткая вертикаль председателей судов, которую сами судьи воспринимают как нечто само собой разумеющееся. Основные рычаги влияния председателей на судей следующие:

1) В соответствии с законодательством председатели судов обеспечивают функционирование автоматизированной системы по формированию судебных составов и распределению дел и судебных материалов между судьями, а в случае технической неисправности автоматизированной системы самостоятельно формирует судебные составы и распределяет дела и судебные материалы. Однако, эти нормы так и остались нереализованными в ожидании финансовой помощи от международных финансовых доноров. Распределение судебных дел, всецело зависящее от личного усмотрения председателя суда, является потенциальным инструментом влияния на судей. «Громкие» судебные процессы свидетельствуют о том, что политические или заказные процессы ведутся исключительно одними и теми же судьями, послушными и наиболее склонными к вынесению нужного решения. Именно по таким делам председатели судов транслируют судьям волю «заказчиков». «Карманным» судьям, пользующимся особым расположением председателя, могут быть доверенытакже судебные дела, в разрешении которых председатель имеет личную заинтересованность. Тем самым, «ручное» распределение дел создает благоприятную почву для злоупотреблений со стороны председателей и является механизмом манипуляции нагрузкой «неудобных» или «удобных судей».

В связи с этим,целесообразно актуализировать вопрос о внедрении во всех судах республики автоматизированной системы распределения дел на бюджетные средства, не дожидаясь помощи иностранных доноров. Учитывая, что даже при положительном решении данной проблемы, внедрение новой системы может растянуться на длительное время, необходимо законодательно регламентировать действующий сегодня порядок, строго определив объективные критерии распределения судебных дел и материалов с учетом нагрузки судьи, его специализации и расписания.

2) Законодательство не содержит исчерпывающего перечня полномочий председателя суда. Вследствие этого, последние имеют существенное влияние на карьерное продвижение судьи. Они имеют влияние в решении вопросов получения или повышения квалификационного класса, премирования, награждения, зарубежных командировок, ротации и переназначения судей. Особое значение имеют характеристики судей, составляемые председателями судов при прохождении действующими судьями конкурсного отбора на вакантные судейские должности. Положительная характеристика может и не иметь решающего значения для отбора, тогда как отрицательная практически гарантируетнегативное отношение со стороны членов Совета по отбору судей.

Тем самымдля того, чтобы обеспечить действенность конституционных и законодательных гарантий независимости судей, необходимо максимально минимизироватьвсе риски, позволяющие председателям контролировать судей.Институционализация органов судейского самоуправления является значительным достижением судебной реформы. Важно далее укреплять и развивать формы самоуправления и саморегулирования судей.

В связи с этим, ряд полномочий председателей судов могут успешно осуществлять первичные органы судейского самоуправления – собрания судей. В частности, вопросы представления к премированию, награждению, присуждению званий, присвоения квалификационных классов, дачи рекомендаций и характеристик могут решаться собраниями судей по результатам коллегиального обсуждения. Для этого необходимо внести соответствующие измененияв законодательство Кыргызской Республики, регулирующее отношения в сфере судейского самоуправления.

Кроме этого, собрание судей должно иметь право выражения недоверияпредседателю суда и инициирования вопроса досрочного смещения с должности председателя/заместителя председателясудаза неудовлетворительное исполнение своих обязанностей и нарушение принципа независимости судей. Такая мера может иметь определенный сдерживающий фактор для руководителей судов, склонных к политической ангажированности либо иной форме ненадлежащего поведения.

3) Самым действенным устрашающим инструментом влияния председателя на судей является его право инициировать в отношении судьи дисциплинарное дело.

Анализ дисциплинарной практики Совета судей показал, что подавляющая часть дисциплинарных дел в отношении судей ранее возбуждалась на основании частного определения Верховного суда и судов апелляционной инстанции. Именно частное определение в отношении судей являлось основным инструментом расправы над неугодными судьями. При этом, не было ни одного случая отказа в принятии к рассмотрениючастного определения Верховного суда и несогласия Совета судей с его позициейв отношении судьи.

Согласно законодательству, частное определение являетсяособым видом судебного постановления, представляющим реакцию суда наотдельные нарушения законности, выявившиеся в ходе судебного разбирательства и не относящиеся к существу рассматриваемого дела. Основания и порядок вынесения частного определения регулируются в гражданском процессе статьей 227 ГПК и в уголовном процессе статьей 381 УПК. При этом процессуальным законодательством не предусмотрены правила вынесения частного определения в отношении судей. Норма, предоставляющая Верховному суду право выносить частные определения в отношении судей и направлять их в Совет судей содержалась в части 3 статьи 19 Закона Кыргызской Республики «О Верховном суде Кыргызской Республики и местных судах»: «Частное определение, вынесенное в отношении судей, направляется также в Совет судей, который вправе возбудить либо отказать в возбуждении дисциплинарного производства в соответствии с порядком привлечения судей к дисциплинарной ответственности». Данная норма утратила силу в соответствиис пунктом 1 статьи 1 Закона Кыргызской Республики от 5 августа 2016 года № 165 «О внесении изменений в некоторые законодательные акты Кыргызской Республики (в законы Кыргызской Республики "О Верховном суде Кыргызской Республики и местных судах", "Об органах судейского самоуправления").

Тем самым, частное определение Верховного суда было исключено из перечня оснований возбуждения дисциплинарного производства в отношении судей. Однако, пункт 3 части 1 статьи 12 Закона «О Дисциплинарной комиссии при Совете судей Кыргызской Республики» от 28 июля 2017 года наделил председателей судов правом обращаться с представлениями на действия и бездействия судьи в Дисциплинарную комиссию при Совете судей (полуавтономный орган, образованный в соответствии с конституционными изменениями 2016 года). Аналогичные изменения внесены в Закон«О Верховном суде и местных судах». Так, Председатель Верховного суда вправе обращаться с представлением на действие (бездействие) судьи Верховного суда и местных судов, председатель суда второй инстанции обращается с представлением на действие (бездействие) судей судов второй и первой инстанций; председатель суда первой инстанции на судей первой инстанции. Тем самым, председатели судов отныне могут играть ключевую роль при привлечении судей к дисциплинарной ответственности. Особенно уязвимыми в этой ситуации являются судьи первой инстанции, в отношении которых утраивается риск инициирования дисциплинарного производства со стороны председателей судов вышестоящих инстанций.

Гипертрофированная роль председателей судовбыла одной из основных проблем судебной системы до конституционной реформы 2010 года, и она была разрешена в пользу самостоятельности судей внутри судебной системы посредством демократического механизма избрания председателей судов собраниями судей и их ротации каждые три года. Полномочия председателей судовбыли определены таким образом, чтобы никоим образом не ущемлялись полномочия и статус остальных судей. В этом аспекте наделение председателей судов правом инициирования дисциплинарного производства рассматривается как нарушение приницпа независимости судей. Независимость и постоянство статуса судьи не должны зависеть от волеизъявления председателя суда, в противном случае судьяоказывается в положении обычного чиновника, вынужденного сообразовывать свою деятельность с указаниями и распоряжениями своего начальника.

Еще одной проблемой в вопросе независимости судей является наиболее распространенная практика привлечения судей к ответственности за вынесение незаконного судебного акта. Именно этот инструмент чаще всего выступает в качестве основания для наложения дисциплинарного взыскания на неугодных, непослушных судей. Между тем, ни один судья не застрахован от совершения судебных ошибок. Как свидетельствует судебная статистика, чаще всего отменяются решения апелляционной инстанции. Так, по результатам рассмотрения Верховным судом в порядке надзора жалоб и представлений за 2016 год по результатам обжалования уголовных дел отменено - 30,2 % судебных актов судов первой инстанции, 41,3% актов апелляционной инстанции, 22,0% актов кассационной инстанции. Из этого следует, что неправильное применение судьями норм материального и процессуального права носит массовый и систематический характер. Однако частные определения выносятся только в отношениинекоторых из них. Характер дисциплинарных взысканий свидетельствует, что подавляющая их часть напрямую связаны с политическими процессами и событиями. Такие факты свидетельствуют об избирательном подходе дисциплинарного органа в наложении дисциплинарных взысканий, об отсутствии объективности, законности и справедливости в его деятельности.

Следует также отметить, что само по себе наличие отмененных и измененных судебных актов не является показателем, характеризующим работу судьи отрицательно. Даже если судья действительно вынес неправильное решение, это может быть непреднамеренной ошибкой судьи. Согласно части 3 статьи 28 конституционного Закона «О статусе судей Кыргызской Республики» отмена или изменение судебного акта не влекут дисциплинарной ответственности судьи, если при этом не были допущены грубые нарушения закона. При отсутствии четких критериев, определяющих степень грубости нарушения закона, любая отмена решения может произвольно трактоваться председателями как грубое нарушение закона, вменяться в вину судье для инициирования лишения его должности. Тем самым право председателя обращаться с представлением в Дисциплинарную комиссию является для судей постоянным «дамокловым мечом», существенным инструментом влияния председателя на судей. Из-за этого судьи опасаются выносить самостоятельные решения по резонансным делам, предпочитая не отходить от указаний свыше, и даже по своей инициативе согласовывают решения с председателем или с вышестоящим судом, либо с «кураторами» из других ветвей власти. В таких условиях судье крайне затруднительно быть самостоятельным ибеспристрастным. Сами судьи кулуарно признают, что распространенной формой вмешательства в осуществление правосудия являются прямые указания председателей судов, которые могут быть мотивированы личной заинтересованностью либо опосредованы указаниями должностныхлиц из вышестоящих судов или других государственных структур. Председатели судов,несмотря на их избираемость собранием судей (не секрет, что в некоторых судах кандидатуры председателей навязываются судьям для избрания, так сказать «сверху»), предпочитают не портить отношения с аппаратом Президента и другими высокопоставленными чиновниками. Имея в руках возможность единоличного инициирования дисциплинарного разбирательства председатели судов могут использовать ее для расправы с неугодными и непослушными судьями, для сведения личных счетов.Причем злоупотребления, нарушения закона, этических норм судьями, лояльными по отношению к начальству, останутся скорее всего незамеченными.

В силу вышесказанного необходимо исключить из числа субъектов обращения в Дисциплинарную комиссию председателей судов. В целях обеспечения должного поведения судей есть смысл наделить председателей судов правом возбуждения вопроса перед собранием судей о необходимости обращения в дисциплинарную комиссию в отношении судьи, допускающего грубые и систематические нарушения норм трудовой дисциплины. Окончательное решение должно быть принято собранием судей, н основе о обсуждения, исключающего субъективизм и пристрастность. Право председателей судов вышестоящих инстанций обращаться с представлением в отношении судей нижестоящих инстанцийдолжно быть полностью исключено.

Раздел 2. Проблемы коррупции в судебной системе.

Ответственность судей. В свете усиления государственной политики по противодействию коррупции особую актуальность приобретает коррупционные проявления в судебной системе. Согласно исследованию Бишкекского центра Организации по безопасности и сотрудничества в Европе в координации с Аппаратом Президента Кыргызской Республики за 2014 год «Общество и коррупция в Кыргызской Республике», суды лидируют по неудовлетворенности населения государственными услугами и находятся в числе лидеров в номинации «риск коррупции». Определяя общую стратегию в борьбе с коррупцией государство не акцентирует серьезного внимания на судебной системе, специфика которой требует особого подхода. В основном разработка антикоррупционных мер ограничивается принятием Верховным судом один раз в четыре года Программ по противодействию коррупции в судебной системе Кыргызской Республики (последняя такая программа принималасьна 2013-2017 годы.

Поверхностный анализ таких программ свидетельствует о том, что антикоррупционные мероприятия в большей части носят формальный характер («телефон доверия», оформления стендов, видео и аудио фиксация, проведение тренингов и т.д.) и их реализация не может служить серьезным фактором для противодействия коррупции. При этом большая часть мероприятий, реализация которых могла бы существенно повлиять на проявления коррупции осталась нереализованными. Например, - внедрение механизма проведения в обязательном порядке проверки опубликованных в средствах массовой̆ информации сведений о небезупречном поведении судьи и государственных служащих, в том числе и по фактам коррупции, обязанность судей информировать председателя суда и общественность о каждом случае попытки оказания на него влияния, давлении или подкупа, любом обращении не процессуального характера при рассмотрении дела (вынесенного решения),обеспечение доступности информации о результатах проведенных торгов (аукционов) тендерной комиссии, конкурсов, публикация деклараций судей на сайтах органов судебной системы.

В своем докладе на заседании Совета безопасности 8 февраля 2018 года Президент С.Жээнбеков особо подчеркнул, что «в отношении судей за последние 10 лет было возбуждено 97 уголовных дел, половина из них освобождены следствием от уголовной ответственности. 46 дел направлены в судебные органы, где 23 обвиняемых освобождены от уголовной ответственности. Лишь по 8 процентам уголовных дел, возбужденных в отношении судей, обвиняемые были привлечены к ответственности». Следовательно, подавляющее большинство случаев коррупционного поведения судей остаются безнаказанными. Зачастую судьям удается избежать уголовного преследования и наказания из-за отказа Совета судей (ныне Дисциплинарной комиссии) в даче согласия Генеральному прокурору о привлечении судьи к уголовной ответственности. Тем самым, в результате корпоративного попустительства и покровительства, неприкосновенность судьи из гарантии независимости превращается в личную привилегию, в гарантию безнаказанности и вседозволенности.

Анализ деятельности Совета судей за 2016 год в вопросах дисциплинарного производства,показал, что зачастую в вопросах дачи разрешения на привлечение судей к уголовной ответственности за совершение коррупционного преступления, даже при наличии веских оснований и доказательств, действует судейская солидарность и покрывательство преступных действий судей. Об этом говорится и в отчетном докладе Генеральной прокуратуры за 2017 год. Оправдывая большое количество прекращенных и приостановленных уголовных дел в отношении судей, Генеральная прокуратура отмечает, что основной причиной является отказ Совета судей в даче согласия на привлечение судьи к уголовной ответственности. В случаях, когда судья застигнут на месте преступления, уголовное преследование нередко завершается прекращением дела в ходе следствия либо вынесением оправдательного приговора.

Следовательно, необходимо провести тщательный анализ всех уголовных дел в отношении судей, а также представлений Генерального прокурора и решений Совета судей.

Целесообразно пересмотреть иммунитет судей в сторону его сужения. Судья, подозреваемый в совершении тяжкого уголовного преступления либо застигнутый на месте преступления должен привлекаться к уголовной ответственности на общих основаниях. Иммунитет может распространятьсятолько на действия, связанные с осуществлением судейских функций. То есть, важно обеспечить баланс между неприкосновенностью и ответственностью судьи.

Ряд судей, при наличии обоснованных подозрений уходят в отставку по собственному желанию, и тем самым избегают ответственности, пользуются благами и привилегиями статуса судьи в отставке, и через некоторое время вновь претендуют на судейские должности и благополучно проходят конкурсный отбор. В связи с этим, право судьи на освобождение от должности по собственному желанию следует ограничить, если в отношении него имеется принятое кпроизводству Дисциплинарной комиссией обращение или представление.

Антикоррупционные меры. Немногочисленность зарегистрированных фактов коррупционного поведения судей свидетельствует овысокой латентности судейской преступности. Судебная и следственная практикапрямо противоречит данным социологических опросов, в которых респонденты отмечают крайне высокий уровень коррупции в судах. Количество обнаруженных фактов коррупции ничтожно мало (примерно 3-4 в год). Значит необходимы дополнительные антикоррупционные меры для выявления подобного рода фактов.

Одним из общепризнанных инструментов призванных предупреждать коррупцию, выявлять случаи незаконного обогащения и конфликта интересов являются Декларации о доходах и имуществе государственных должностных лиц.

В период 2016-2017 годы в судебное законодательство Кыргызской Республики были внесены изменения, направленные на предотвращение коррупции в органах судебной власти. Например,пункт 2 части 2 статьи 21-1 конституционного Закона «О статусе судей Кыргызской Республики» устанавливает обязанность кандидата на должность судьи представлять сведения об имуществе, принадлежащем им на праве собственности, и обязательствах имущественного характера, а также сведения о доходах супруга (супруги) и несовершеннолетних детей. Нововведения являются своевременными, однако в существующей редакции они мало способны выполнить задачи, на решение которых направлены, так как в большинстве случаев активы, приобретенные коррупционным путем не декларируются и оформляются на подставных лиц.

Практика деятельности Совета по отбору судейв этой части в данное время сводится к формальному изучению деклараций и эпизодическим обращениям в Государственную регистрационную службу на предмет выявления имущества, зарегистрированного на имя претендента на праве собственности. Но даже такая поверхностная проверка выявляет немало фактов сокрытия истинного имущественного положения. При этом, требование о необходимости декларирования имущества законодательно не распространяется на лиц, впервые претендующих на должности судей и не являющихся государственными служащими. Существующая же промежуточная позиция Закона не позволяет эффективно противодействовать коррупции по причине отсутствия необходимого механизма для его реализации.

Также, согласно пункту 5 части 2 статьи 28 вышеуказанного конституционного Закона, непредставление или несвоевременное декларирование своего имущества, доходов и расходов, отражение при этом заведомо ложных сведений являются основанием для привлечения судьи к дисциплинарной ответственности. Общий обзор декларационной компании судей за 2016 год (ознакомление с декларациями судей Верховного суда) показывает, что судьи зачастую не выполняют требования законодательства в части полноты предоставления сведений, не указывают имущество, доходы и расходы близких родственников, в некоторых декларациях активы декларанта значительно превышают его законные доходы. Однако эти факты остаются без внимания и реагирования уполномоченных органов.

В соответствии с Законом «О декларировании доходов, расходов, обязательств и имущества лиц, замещающих или занимающих государственные и муниципальные должности» от 02.08.2017 года проверка деклараций судей, как и других государственных и муниципальных служащих проводится Государственной налоговой службой. В настоящее время проверкой деклараций занимается отдел декларирования и неналоговых платежей центрального аппарата ГНС Кыргызской Республики. Численность государственных служащих (без учета муниципальных служащих) в Кыргызстане составляет 17,7 человек. С учетом численности отдела декларирования ГНС (4 сотрудника) возникает закономерный вопрос об эффективности данной антикоррупционной меры.

Кроме этого, Законом не предусмотрен механизм проверки деклараций государственных служащих. В Законе упоминается лишь обособленный порядок проверки деклараций сотрудников органов национальной безопасности, регулирование которого отнесено к компетенции Правительства.

Как показывает практика предыдущих лет, отсутствие законодательно регламентированного механизма проверки деклараций, отсутствие фактического контроля за полнотой и достоверностью представляемых судьями сведений привели к тому, что проверка доходов и расходов носила в основном формальный характер. Государственная кадровая служба ограничивалась лишь проверкой правильности заполнения деклараций. В связи с вышеизложенным необходимо внести соответствующие изменения в законодательство.

  • Необходимо разработать действенный механизм проверки деклараций судей и претендентов на должности судей.
  • Принимая во внимание, что к судьям в отличие от других государственных служащих, предъявляются повышенные требования в отношении безупречности, механизм проверки ихдеклараций также должен быть обособлен, специализирован и регламентирован законодательством, регулирующим судебную систему.
  • Порядок проверки деклараций судей должен носить особый и более тщательный характер. Необходимо также определить дифференцированные меры наказания за нарушения обязательств по декларированию доходов и расходов судей, для чего требуется внесение изменений в конституционный Закон «О статусе судей Кыргызской Республики».
  • В случаях обнаружения заведомого сокрытия или искажения данных, к судье должны применяться более строгие меры наказания, вплоть до досрочного освобождения от должности, а при наличии признаков незаконного обогащения инициирование вопроса об осуществлении уголовного преследования.
  • В отношении отбора судей, действующая норма закона «О Совете по отбору судей» лишь определяет обязанность претендентов в судьи предоставить такие сведения. Однако для того, чтобы проверка сведений не носила формальный характер, необходимо определить правомочия и алгоритм действий Совета по отбору судей по проверке данных - специальной процедуре проверки кандидатов в судьи в широком диапазоне, не только в отношении самого кандидата, но и его близких родственников. Любое сокрытие данных должно быть основанием для отстранения от участия в конкурсном отборе.

Раздел 3. Проблемы повышения профессионализма и компетентности судей.

Профессиональная оценка деятельности судей. Еще одной, существенной проблемой судебной реформы является вопрос профессионализма и компетентности судей. Особые квалификационные и репутационные требования, предъявляемые к судье, диктуются особым значением правосудия, посредством которого восстанавливается справедливость,защищаются права и интересы, разрешаются споры, признается виновность в совершении преступления и назначается наказание. Это находит свое подтверждение и в фундаментальных международных актах по правам человека:«Каждый человек имеет право на эффективное восстановление в правах компетентными национальными судами в случаях нарушения его основных прав, предоставленных ему конституцией или законом» (статья 18 Всеобщей Декларации прав человека); Каждый имеет право при рассмотрении любого уголовного обвинения, предъявляемого ему, или при определении его прав и обязанностей в каком-либо гражданском процессе, на справедливое и публичное разбирательство дела компетентным, независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона )пункт 4 статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах).

Проблема профессионализма и компетентности судей в Кыргызстане является крайне острой, доказательством чему является выше приведенная статистика отмененных судебных актов по различным категориямсудебных дел и количество жалоб на судей со стороны граждан в Дисциплинарную комиссию и другие государственные органы.

Впервые о необходимости организации профессиональной оценки судей было сказано в Указе Президента Кыргызской Республики «О мерах по совершенствованию правосудия в Кыргызской Республике от 8 августа 2012 года. Так, согласно п.3.1.2.по вопросам профессиональной оценки судей необходимо четко сформулировать в законе качественные показатели профессиональной оценки деятельности судьи, включая:

а) профессиональную компетенцию (знание закона, умение вести судебный процесс, способность написания обоснованных решений);

б) личную компетенцию (способность справляться с нагрузкой и принимать решения, внутренняя самооценка и открытость к новым технологиям и использованию судейского опыта);

в) общественную компетенцию (навыки по ведению переговоров и примирению сторон, уважение к сторонам, этико-моральные качества).

Задачи, обозначенные в Указе, были конкретизированы и развернуты в Государственной целевой программе «Развитие судебной системы Кыргызской Республики на 2014-2017 годы», для решения которых были предприняты меры по организации и проведениюобучения кандидатов в судьи и повышения квалификации действующих судей.

Несомненно, подобные меры заслуживают одобрения, однако вопрос о качестве преподавания и эффективности усвоения обучающих программ по прежнему остается открытым. В судебной системе Кыргызской Республики отсутствуют инструменты мониторинга качества осуществления правосудия, определения профессиональной пригодности судьи, эффективности обучения и повышения квалификации.

В этой связи целесообразно разработать и внедрить систему профессиональной оценки деятельности судьи, широко практикуемой в разных странах. Оценка работы судей должна осуществляться по таким параметрам как:

- количество рассмотренных дел,

- соблюдение разумных сроков в процессе осуществления правосудия,

- соблюдение срока составления решений и их публикации на sot.kg,

- исполнение в законный срок других предусмотренных законом обязанностей, - знания в области информационных технологий,

-процент оставленных в силе решений/определений из числа обжалованных,

- ясность изложения и качество обоснования решений,

- способ организации профессиональной деятельности (пунктуальность, способ руководства судебными заседаниями,обеспечение дисциплины на заседании, внимательное слушание сторон и т.д.),

- поведение во время судебного заседания, профессиональное образование судьи, соблюдение профессиональной этики,профессиональная репутация, отсутствие дисциплинарных нарушений.

От результатов такой оценки должно напрямую зависеть дальнейшее профессиональное продвижение судьи, его соответствие занимаемой должности или должности, на которую он претендует, присвоение квалификационного класса и др.

Соответствие судей требованиям безупречности. Особенность профессии судьи состоит в том, что окончательное решение по делу судья принимает не только руководствуясь нормами закона, но и судейским усмотрением, внутренним убеждением, которое не может быть урегулировано какими-либо формальными правилами и определяется ценностными ориентирами судьи, его пониманием профессионального долга и осознанием своей личной ответственности как главного субъекта правосудия. К судьям, помимо требований профессиональной компетентности, предъявляются особые требования нравственного и этического свойства. В отличие от других государственных служащих, именно к судьям на конституционном уровне предъявляется исключительное требование -быть безупречным.

Беспристрастный, справедливый, независимый и самостоятельный суд может быть обеспечен лишь в сочетании профессионализма с нравственным потенциалом судьи (непредвзятость, открытость, неподкупность, ответственность, добросовестность, самостоятельность). Если уровень профессионализма может быть в определенной степени скорректирован в процессе профессиональной деятельности, то морально-ценностные установки должны проверяться на стадии отбора. Отсюда – актуальность работы по профессиональному отбору с помощью специальных методов, позволяющих выявить соответствие кандидатов на презентуемую должность на основе раскрытия их индивидуально-психологических качеств. Ныне существующий правовой механизм отбора кандидатов в судьи в части проверки соответствия кандидатов на требования нравственных стандартов (Этические стандарты поведения судьи при осуществлении профессиональной деятельности, согласно Кодексу чести судьи: противостоять незаконному влиянию, давлению, вмешательству в свою профессиональную деятельность со стороны кого бы то ни было; быть свободным от каких-либо предпочтений, предубеждений или предвзятости, не использовать свое положение и свой статус в личных целях и для преимущественного удовлетворения интересов кого бы то ни было вопреки закону; поведение судьи должно быть безупречным; не позволять семейным, родственным, групповым и иным отношениям влиять на поведение судьи и на принятие судебных решений; обязан принимать все исчерпывающие и зависящие от него меры по предотвращению коррупционных правонарушений в его профессиональной деятельности; проявлять корректность в общении с гражданами; исполнять свои профессиональные обязанности добросовестно, справедливо; обязан соблюдать этические нормы, не вправе совершать порочащие поступки, а также не допускать проявлений некорректного поведения при осуществлении любых действий, связанных с его должностью; быть терпимым, вежливым, тактичным и уважительным; вне службы поведение судьи не должно подрывать безупречность репутации судьи; избегать любых личных связей, которые могут причинить ущерб репутации, затронуть его честь и достоинство) не позволяет выявить нравственно-ценностные установки кандидатов, такие характероло­гические качества будущего судьи как осоз­нание профессионального долга, уровень профессионального пра­восознания, правовой культуры, честность, способность к принятию самостоятель­ного, свободного от посторонних воздействий решения.

Несмотря на то, что в настоящий момент состав судейского корпуса обновлен более чем наполовину, в судейских рядах достаточно много нравственно незрелых, беспринципных,эмоционально неустойчивых людей, откровенно неспособных к осуществлению правосудия.

Очевидно, что даже самые совершенные организационные и законодательные изменения не приведут к повышению качества отправления правосудия, если в системе "хромает" главное звено - человеческий фактор. Судебной системе критически не хватает людей смелых, бескорыстных, честных, для которых установление истины в том или ином деле было бы важнее превратно понимаемой государственной или политической целесообразности.

Причины некачественного состава судейского корпуса носят системный характер, главными из которых являются:

1. Неоправданно большое количество юридических вузов и факультетов, которые существуют в ущерб качеству профессиональной подготовки юристов; снижение общеобразовательного уровня абитуриентов; устаревшие технологии обучения; недостаточный уровень профессионально-педагогической компетентности профессорско-преподавательского состава; глубоко укоренившаяся в вузовская коррупция и как следствие отсутствие у студентов мотивации к обучению и др.

2. Совет по отбору судей формируется из людей, не имеющих необходимой профессиональной компетенции для отбора и оценки кандидатов.

Доверие к судебной системе обусловлено, прежде всего, доверием к отбирающему их органу. Из-за политизированности порядка формирования Совета по отбору судей (решающую роль в этом процессе играют фракции Жогорку Кенеша), его действующий составпредставлен неизвестными широкой общественности лицами, а некоторые из них имеют явную партийную ангажированность. Тем самым процедура отбора судей находится под существенным политическим и партийным влиянием, что существенно влияет на качество отбора в целом.

3. Законодательные новшества в части существенного сокращения состава Совета по отбору судей (9 вместо 24) и его функций, привели к снижению его роли в формировании и обновлении судейского корпуса. Большая часть действующих процедур в Совете по отбору судей носит формальный характер (проверка и оценивание представленных кандидатом документов). Вопросы на выявление профессионального уровня носят общий характер, и больше направлены на выявление общего кругозора кандидата. (До прохождения конкурсного отбора в Совете по отбору судей профессиональный уровень кандидата - знания, навыки и способности оценивает квалификационная комиссия, формируемая председателем Верховного суда, после прохождения претендентом обязательного обучения в Высшей школе правосудия. Допуск к конкурсному отбору зависит от результатов сдачи экзаменов (письменного и устного). Порядок формировании и деятельность квалификационной комиссии регламентируются локальными актами Верховного суда, его деятельность не обеспечена принципами открытости и гласности, что не исключает субъективизма и коррупционных проявлений). Морально-психологические качества кандидата оцениваются на основе ответов на заранее подготовленные вопросы, объективную оценку которым может дать только профессиональный психолог.

4. Действующий механизм отбора судей путем собеседования и выставления баллов, как показала практика, не может считаться эффективным, в нем нет сегментатщательной проверки кандидатов на предмет проверки репутационных требований, наличия компрометирующих кандидатаданных и сведений.

Таким образом, формирование Совета по отбору судей и процедуры отбора будущих судей не отвечают стратегическим целям судебной реформы, прежде всего наиважнейшим изних как достижение подлинной независимости судебной власти и повышение уровня доверия граждан к судам, и требуют пересмотра в ключевыхаспектах.

Очевидно, что Совет по отбору судей должен состоять из лиц, имеющих заслуги перед обществом, не менее безупречных и профессионально подготовленных, чем отбираемые ими кандидаты.

Механизм отбора судей не должен быть политизированным и при этомдолжен обязательно включать сегмент проверки кандидатов на предмет ихрепутационного соответствия высокому званию судьи, а также наличия компрометирующих кандидатаданных и сведений.

Заключение. Рекомендации

К сожалению, пока в судебной системе Кыргызстана сохраняются значительные проблемы, связанные с обеспечением независимости и самостоятельности судебной ветви власти, коррумпированностью судей и низким качествомотправления правосудия. Несмотря на прогрессивные законодательные изменения, институциональное, техническое и финансово-материальное укрепление судебной системы, повышение оплаты труда судей, улучшения их социальных гарантий, обновление судейского корпуса, качество и эффективность их работы остаются на низком уровне. Очевидно, что декларируемый государством новый импульс ускорения судебной реформы не получит своего дальнейшего развития без определения ее приоритетных направлений, требующих быстрых и решительных мер.

I. Самым важным направлением судебной реформы является обеспечение фактической независимости судебной ветви власти.

1. Для того, чтобы конституционные гарантии независимости судей имели реальное содержание необходимо своевременное реагирование на любые формы вмешательства в деятельность судей ипривлечение виновных лиц к дисциплинарной, административной или уголовной ответственности.

2. Для укрепления независимости судей и исключения влияния на осуществление правосудия внешних факторов, необходимо обеспечить судей дополнительными гарантиями от возможных преследований при их обращении в Совет судей с жалобами о фактах вмешательства, угроз и давления. Необходимо также предоставить судьям право на публичную огласку фактов неправомерного воздействия со стороны должностных или любых иных лиц, независимо от результатов рассмотрения их обращений в Совете судей.

3. Целесообразно законодательно наделить Совет судей правом внесения представления в соответствующие органы или должностным лицам о привлечении к установленной законом ответственности лиц, допустивших действия или бездействие, нарушающие гарантии независимости судей или подрывающее авторитет правосудия.

4. Существенной угрозой независмости судей является доминирующее положение в судебной системе председателей судов.Для минимизации рисков их неправомерного воздействия на судей важно актуализировать вопрос о внедрении во всех судах республики автоматизированной системы распределения дел на бюджетные средства, не дожидаясь помощи иностранных доноров. До ее широкого внедрения необходимо законодательно определить объективные критерии распределения судебных дел и материалов с учетом нагрузки судьи, его специализации и расписания.

5. Немаловажным является дальнейшее укрепление статуса низового звена судейского самоуправления – собрания судей. Вопросы представления к премированию, к награждению, к присуждению званий, присвоения квалификационных классов, дачи рекомендаций и характеристик должны решаться собраниями судей по результатам коллегиального обсуждения. Для этого необходимо внести соответствующие измененияв законодательство Кыргызской Республики, регулирующее отношения в сфере судейского самоуправления.

6. В качестве сдержки и противовеса авторитарности руководителей судов, целесообразнопредоставить собранию судей право выражения недоверия председателю суда и инициирования вопроса его досрочного смещения с должности за неудовлетворительное исполнение своих обязанностей и нарушение принципа независимости судей.

7. Для исключения злоупотребления властными полномочиями необходимо исключить из числа субъектов обращения в Дисциплинарную комиссию председателей судов либо определить исчерпывающие, четко обозначенные основания инициирования председателями судов дисциплинарного разбирательства в отношении судьи, связанныеисключительно с нарушениями трудовой дисциплины. Требует однозначного исключения право председателей судов вышестоящих инстанций обращаться с представлением Дисциплинарную комиссию в отношении судей нижестоящих инстанций.

II. В рамках антикоррупционной политики государства необходимо усилить работу по выработке мер по противодействию коррупции в судебной системе. Для этого:

1. Каждый выявленный факт должностного преступления, совершаемого судьями должен быть под пристальным вниманием общества и государства. Необходимо провести тщательный анализ всех приостановленных и прекращенных уголовных дел в отношении судей, оправдательных приговоров, а также практики Совета судей и Дисциплинарной комиссии по вопросам дачи согласия Генеральному прокурору на привлечении судей к уголовной ответственности. По результатам анализа вполне обоснованно может возникнуть вопрос о сужении иммунитета судей до функционального, согласно которому судьи не могут быть привлечены к юридической ответственности лишь за деяния, совершенные ими в связи с осуществлением судейских функций. Во всех остальных случаях, судья должен привлекаться к ответственности на общих основаниях.

2. Требует законодательного регулирования практика освобождения судейпо собственному желанию. В случае возбуждения дисциплинарного производства в отношении судьи, рассмотрение заявления об освобождении от должности должно быть приостановлено до окончательного разрешения дисциплинарного дела. Злоупотребление правом на освобождение от должности судьи по личной инициативе имеет распространенную практику, вследствие чего судьям удается избежать ответственности, пользоваться привилегиями статуса судьи в отставке и через некоторое время вновь быть назначенным на судейскую должность.

3. В качестве важной антикоррупционной меры необходимо разработать действенный механизм проверки деклараций судей и претендентов на должности судей. Принимая во внимание, что к судьям в отличие от других государственных служащих, предъявляются повышенные требования в отношении безупречности, механизм проверки ихдеклараций должен быть обособлен, специализирован и регламентирован законодательством, регулирующим судебную систему.Необходимо также определить дифференцированные меры наказания за нарушения обязательств по декларированию доходов и расходов судей, для чего требуется внесение изменений в конституционный Закон «О статусе судей Кыргызской Республики». Так, в случаях обнаружения заведомого сокрытия данных, к судье должны применяться более строгие меры наказания, вплоть до досрочного освобождения от должности, а при наличии признаков незаконного обогащения инициирование вопроса об осуществлении уголовного преследования.

В отношении отбора судей необходимо закрепить специальную процедуру проверки кандидатов в судьи в широком диапазоне, не только в отношении самого кандидата, но и его близких родственников. Любое сокрытие данных должно быть основанием для отстранения от участия в конкурсном отборе.

III. Введение в действие новых процессуальных кодексов, новизна и усложнение судебных процедур актуализирует вопросы соответствия судей требованиям профессионализма, компетентности и безупречности. Дляэтого:

1. Целесообразно внедрение системы профессиональной оценки деятельности судьи. Оценка работы судей должна осуществляться по таким параметрам, как количество рассмотренных дел, соблюдение разумных сроков в процессе осуществления правосудия, соблюдение срока составления решений и их публикации на sot.kg, исполнение в законный срок других предусмотренных законом обязанностей, знания в области информационных технологий, процент оставленных в силе решений/определений из числа обжалованных, ясность изложения и качество обоснования решений, способ организации профессиональной деятельности (пунктуальность, способ руководства судебными заседаниями (обеспечение дисциплины на заседании, внимательное слушание сторон и т.д.), поведение во время судебного заседания, профессиональное образование судьи, соблюдение профессиональной этики,профессиональная репутация, отсутствие дисциплинарных нарушений. От результатов такой оценки должно напрямую зависеть дальнейшее профессиональное продвижение судьи, его соответствие занимаемой должности или должности, на которую он претендует, присвоение квалификационного класса и др.

2. Беспристрастный, справедливый, независимый и самостоятельный суд может быть обеспечен лишь в сочетании профессионализма с нравственным потенциалом судьи. В процедуру отбора судей нужно внедрять специальные методы, позволяющие выявлять соответствие кандидатов на претендуемую должность на основе раскрытия их индивидуально-психологических качеств, нравственно-ценностных установок, характероло­гических качеств, репутации. Объективное оценивание кандидатов по этим параметрам невозможно без участия в процессе отбора профессиональных психологов.

3. Для деполитизации процесса отбора судей необходимо пересмотреть процедуры выдвижения и избрания членов Совета по отбору судей. Совет по отбору судей должен состоять из политически нейтральных лиц, имеющих заслуги перед обществом, не менее безупречных и профессионально подготовленных, чем отбираемые ими кандидаты.

4. Требует кардинальной реформы вузовская система подготовки юридических кадров. Реформа юридического образования должна стать неотъемлемой частью судебной реформы.

1628

Написать комментарий: