Статья

Политизированное управление энергосферой Кыргызстана приведет к ее полному развалу

Авария на ТЭЦ города Бишкек и последовавшие за ней ряд уголовных дел, арестов и разбирательств на всех уровнях государственной власти всколыхнули наше общество и привлекли повышенное внимание к проблемам энергетики.

Куда ушли 2 миллиарда долларов?

Обсуждение ситуации с ТЭЦ в ЖК в течение 3 дней подряд стало беспрецедентным случаем в истории парламента Кыргызстана. Причем фокус обсуждения в основном был направлен не на непосредственную причину аварии, а на то, каким образом был получен и израсходован кредит, выделенный на реконструкцию ТЭЦ Китаем и реализованный китайской компанией TBEA.

Я не буду сейчас подробно останавливаться на деталях этого разбирательства, все достаточно хорошо его помнят. Хотелось бы сказать немного о другом. Этого кредита, который лег на наш внешний долг, не должно было быть в принципе. Как и большинства других. Ведь эти 386 миллионов долларов, а с учетом процентов почти 500 миллионов, которые мы теперь должны китайской стороне за реконструкцию ТЭЦ, составляют лишь часть наших кредитов на сектор энергетики, взятых в последние годы.

Были и такие проекты, как модернизация линий электропередач на юге Кыргызстана, подстанция Датка, ЛЭП Датка-Кемин, реконструкция Токтогульской ГЭС, строительство Камбаратинской ГЭС-2, проект CASA-1000, ряд кредитов для распределительных компаний.

Всего общая сумма кредитов, взятых на энергетику с 2010 года, приближается к 2 миллиардам долларов США.

Но было ли это неизбежным? Вовсе нет. До этого нас довело в первую очередь бездумное использование энергетики для решения социальных и политических вопросов.

Электроэнергия - товар

Да, есть определенные области, инвестиции в которые могут осуществляться только государством в силу ряда причин. В первую очередь там, где возврат от вложений не имеет прямой денежной формы, а выражается в виде улучшения человеческого капитала или увеличения экономической активности.

Например, строительство общественных дорог, инвестиции в бесплатное школьное образование, в безопасность граждан, вопросы экологии и другие общественно важные услуги. Здесь на самом деле нет иных механизмов, кроме государственных инвестиций за счет средств бюджета. Частные инвесторы просто не увидят здесь способа вернуть вложенные деньги и получать прибыль.

Является ли энергетика такой областью? Общественным благом, которое предоставляется всем гражданам бесплатно? Конечно, нет. Электроэнергия является обычным товаром, за который потребители платят самыми что ни на есть живыми деньгами. Энергокомпании имеют постоянный денежный поток, как и любые другие хозяйствующие субъекты.

Это область, куда могут и должны приходить частные инвестиции, во многих странах производство и распределение электроэнергии осуществляется как государственными, так и частными компаниями. Государственная монополия сохраняется в основном в сфере передачи электроэнергии. Понятно, что, как и любой другой отрасли, время от времени энергокомпаниям необходимы деньги для развития.

В этом случае они должны идти в банк, на биржу, или к инвестиционным фондам за необходимыми средствами. Которые затем, как и любая другая компания должны выплачивать со своих доходов. Не залезая в государственный карман.

В шаге от техногенной катастрофы

Так почему наше государство осуществляет в энергетике государственные инвестиции за счет всех налогоплательщиков? Почему мы были вынуждены взять многомиллионный кредит на реконструкцию Бишкекской ТЭЦ и другие объекты в энергетике, которые теперь висят на нашем внешнем долге? Ведь электроэнергия в отличие от дорог или мостов не дается гражданам бесплатно. Они регулярно платят по счетам.

Прочитаем внимательно заключение депутатской комиссии по ТЭЦ и найдем там следующее:

«Учитывая изношенность основного оборудования ТЭЦ, ее модернизация была необходима. В виду отсутствия собственных средств, для модернизации ТЭЦ привлечение кредитных средств было обосновано».

Как видно из текста сами депутаты признают, что оборудование на ТЭЦ износилось так, что техногенная катастрофа стала всего лишь вопросом времени и что у энергетиков не было средств на необходимые работы. Но в заключении нет ни слова о причинах недофинансирования энергетики. Этот вопрос тщательно обойден стороной. Потому что тогда бы никак не получилось избежать и другого вопроса о тарифах. Который уже давно из сугубо технического вопроса превратился в полностью политический.

При общественном обсуждении вопросов энергетики подавляющее большинство граждан и политиков говорят, что все проблемы энергосектора связаны с коррупцией. Что деньги, которые платят абоненты разворовываются, а иначе бы уже давным-давно в отрасли был наведен полный порядок. С этим трудно спорить. Коррупция в энергетике, несомненно, присутствует.

Коррупционные потери

Хотя уровень ее, очевидно, падает в последние годы: если в 90-х годах при едином энергохолдинге уровень потерь достигал 40-50%, в 2000-х 25-30%, то по итогам 2017 года уровень потерь составил около 14%, что в принципе уже не так уж далеко от показателей развитых стран, где потери электроэнергии в сетях составляют от 4 до 11%.

Таблица анализа статистики по потерям электроэнергии в разных странах мира:

Сокращению потерь способствовали ряд факторов, включая внедрение более современных счетчиков, самоизолирующих проводов, обновления оборудования и т.д. Но все же только техническими мерами такое снижение потерь не объяснишь. Уровень и масштабы коррупции в энергетике по-видимому все-таки падают. Во всяком случае просто тупо воровать электроэнергию и списывать на потери стали меньше.

Можно ли сказать, что коррупция в энергетике исчезла совсем? Конечно, нет. Как невозможно вылечить грипп в отдельно взятой руке, так и невозможно искоренить коррупцию в одном отдельно взятом секторе экономики. Она неизбежно будет просачиваться из других сфер.

Коррупция в стране искореняется везде или нигде.

Требование в начале полностью уничтожить коррупцию в энергетике, а потом уже вести разговор о каких-то мерах по увеличению тарифов заведомо невыполнимо на ближайшие десятки лет. Максимум, что мы можем требовать в реальной жизни от энергетиков, это показывать положительную динамику в борьбе с коррупцией и увеличения прозрачности работы.

Но, тем не менее, множество экспертов, активистов и политиков продолжают выдвигать это заведомо невыполнимое требование. Я не могу назвать это иначе, как зарывание головы в песок.

За что мы платим?

Но самое интересное даже не это. А то, что между тарифами и коррупцией вообще нет прямой связи. Ведь что такое, по сути, вопрос тарифов на коммунальные или любые другие услуги в нормальной стране? Компании приносят в государственный уполномоченный орган расчеты стоимости своей продукции с учетом всех издержек и госорган их утверждает. Если у него есть замечания по каким-то вопросам или он не согласен с расчетами, то происходит корректировка.

Когда энергетики приносят свои расчеты по тарифам, в этих документах они не указывают какие-либо откаты или взятки. Выставление экономически обоснованного уровня тарифов – это чисто техническая работа. Будут потом воровать энергетики все подряд или не будут вообще, к этой технической работе не имеет никакого отношения.

Но не секрет, что вопрос ценообразования в энергетике давным-давно перестал быть техническим. При обсуждении этого вопроса редко звучат такие слова как издержки, амортизационные отчисления, капитальные вложения и другие уместные термины. Помимо упоминавшийся коррупции, как правило, еще говорят о том, что повышение тарифов вызовет социальный взрыв. Или о том, что в начале вы поднимите зарплаты и пенсии, а потом уже предлагайте повышение тарифов.

Невидимый тариф

Но ведь здесь тоже нет никакой логической связи. Методология расчета экономически обоснованного тарифа абсолютно одинакова, что для бедной, что для богатой страны. Поставщикам нет разницы, каков размер доходов населения в стране, куда они продают оборудование, цены от этого не меняются. Физические законы по износу также действуют везде одинаково. И если тариф не покрывает все затраты энергокомпаний даже на бумаге, где коррупционные издержки равны нулю, то неизбежно со временем дефицит финансирования будет нарастать.

И в один момент, чтобы не допустить коллапса в энергетике, который будет означать экономическую и гуманитарную катастрофу, государству неизбежно придется покрывать затраты энергетиков за счет бюджета, за счет всех налогоплательщиков.

В том числе и беря многомиллионные кредиты на энергетику. Получается искаженная картина, когда все граждане должны оплачивать расходы, которые по идее должны покрываться за счет абонентов энергетических компаний.

Причем чем богаче абонент, чем больше он потребляет электроэнергии, тем больше для него сумма дотаций из бюджета. Да, эти расходы менее очевидны для граждан, чем ежемесячные счета, но они не становятся от этого менее реальными. По тем же кредитам на энергетику мы будем выплачивать в несколько раз больше ежегодно, чем тратится средств из бюджета на все капитальные расходы в стране вместе взятые (школы, больницы, ремонт дорог, тротуаров, и т.д.).

А то, что эти кредиты при сохранении нынешней политизации энергосектора будут выплачиваться именно за счет налогоплательщиков - очевидно. У энергокомпаний просто нет средств на покрытие взятых кредитов при текущем уровне их доходов. Задолженность энергокомпаний перед бюджетом уже многократно реструктуризировалась, а ведь пока мы платим только проценты, выплаты основной суммы кредитов еще впереди.

Эффективное энергопотребление

Использование энергосектора для решения социальных и политических вопросов кроме увеличения нагрузки на государственный бюджет имеет и другие куда более худшие последствия. Оно дает ложные сигналы всем субъектам экономики. Компаниям невыгодно инвестировать в энергосберегающие технологии. Домашним хозяйствам невыгодно инвестировать в утепление помещений и более эффективное потребление.

В результате по уровню энергоэффективности экономики мы занимаем одно из последних мест в мире. Уровень энергоемкости валовой внутренней продукции (далее - ВВП) в Кыргызстане, по данным Международного энергетического агентства составляет 1,29 тонны нефтяного эквивалента (т.н.э.) на 1000 долларов США при среднемировом его значении - 0,24 т.н.э.

В развитых странах этот показатель составляет 0,1-0,18 т.н.э., а в развивающихся странах - 0,22-0,86 т.н.э. на 1000 долларов США.

Чтобы произвести 1 доллар валового национального продукта, мы тратим примерно в 6 раз больше энергии, чем в других странам мира.

«Дешевая» электроэнергия обходится дороже всего

Согласно экономическому обзору Всемирного банка одно домашнее хозяйство в КР ежемесячно потребляет в среднем 460 киловатт-часов. Для сравнения: в Германии показатель составлял 257 киловатт-часов, в Казахстане — 219, в России — 208. Имея уровень доходов населения в десятки раз меньше, мы тратим больше электроэнергии чем в развитых странах. Абсурд, но это наша реальность. Еще хуже, что из-за получения таких ложных сигналов совершенно не используются возможности частного сектора в энергетике.

Занимая третье место в СНГ по гидроэнергетическому потенциалу, мы уже десятки лет не можем привлечь частных инвесторов в производство электроэнергии.

Потому что предпринимателям тоже неинтересно, какой уровень зарплат и пенсий в стране и что какой-то политик пообещал своим избирателям. Их интересует, насколько экономически оправданы будут их инвестиции. Даже в политические проекты Верхне-Нарынского каскада ГЭС и Камбараты-1 российское инвесторы так и не смогли найти ни один финансовый институт, который бы выделил средства на заведомые убытки.

В результате единственным источником покрытия дефицита финансирования энергетики остается наш тощий государственный бюджет. Который, кстати, тоже не безграничен. Нет никакой уверенности, что он вытянет даже взятые кредиты. Не говоря уже о новых.

Если мы не перестанем политизировать сектор энергетики, то из потенциального локомотива нашей экономики, он станет ее могильщиком.

Фото Knews.kg

1346

Написать комментарий: